Шогенцуков Али Асхадович (1900, сел. Старая Крепость Баксанского р-на КБР - 1941, Бобруйск) - основоположник кабардинской советской литературы. После окончания сельской школы (1914) поступил в Баксанскую духовную семинарию (медресе), из которой был исключен за организацию протеста против решения администрации уволить Нури Цагова, преподававшего дисциплины на кабардинском языке. В 1915 г. Ш. поступил на курсы по подготовке учителей для Северного Кавказа, учился до 1916-го, а затем за отличные успехи в учебе направлен дирекцией курсов в Крым, в г. Бахчисарай, в педагогическое училище им. И. М. Гаспринского. В декабре 1917 г. в связи с событиями Февральской революции в России училище было закрыто, и Ш. в числе 10 лучших учеников по решению его администрации направлен для завершения образования в Турцию., Здесь им написано стихотворение «Нанэ» (Мать. 1917), положившее начало его поэзии. Глубоко лирическое, написанное от лица героя - юноши, оно исполнено бесконечной любви к матери, к родной земле. Рожденное из боли и сострадания к соплеменникам, по­терявшим родину из-за Русско-Кавказской войны и мухаджирства, оно в то же время полно глубокой веры и светлой надежды. Та же острая боль звучит в стихотворении «Тырку хадэм» (В турецком саду. 1917), написанном в жанре баллады. Сюжет стиха предельно прост: в саду встречаются лирический герой и девушка-кабардинка Жанпаго, рожденная в Турции. Живя в райском саду, она забыла родство с Кавка­зом и утратила душу своего народа - его язык. За судьбой этой красавицы встает трагедия адыгов - мухаджиров-переселенцев. Страстным протестом против турецкого произвола звучит четверостишие: «Чингизово знамя черное, недоброе / Адыгам тени не даст. / Солнцем, Тимуром хромым зажженным, / На Эльбрусе снега не растопить».

Закончив учебу в Турции, Ш. вернулся на родину в 1919 г. и включился в работу по строительству новой жизни. Более 13 лет Ш. посвятил просвещению, работая учителем кабардинского языка, директором школы, инспектором районо и облоно. В эти годы он часто выступал в прессе, на страницах газеты «Карахалк» (Беднота). В статьях «Нэгъабэрэ мы гъэмрэ» (В прошлом и в этом году. 1925), «Ди бзэр зэф1эгьэувэгъуей хъунукъым» (Наш язык нетрудно восстановить. 1925), «Лэжьа-«1уэхэр щ1эныгъэм пэзыгьэуджэ» (Кто мешает просвещению трудящихся. 1925), «Хэт жылэм и гъунэгъур псэк1э?» (Кто душой ближе к народу. 1925), «Ари к1ыф1ы-гъэм къыхэк1ащ» (Это тоже из-за невежества. 1925), «Еджэныгъэр - нурщ» (Учение - свет. 1925), «Тырку ложэ» (Турецкая ложа. 1925), «Ди бзэм папщ1э» (О нашем языке. 1925), «Ди бзэр доджыр» (Изучаем свой язык. 1928), «Иванрэ адыгэбзэмрэ» (Иван и кабардинский язык. 1928) и др:« Ш. раскрыл роль и значение просвещения, место народного учителя в процессе воспитания подрастающего поколениях.

Художественный уровень стихов, написанных Ш. в 20-30-е гг., соответствовал их целевой установке и носил утилитарно-просветительский характер: все подчинялось пропаганде новой жизни, желанию приобщить кабардинцев к осознанию происходящих перемен. Осуществляя эту задачу, Ш. возвел здание новой поэзии, которая говорила «голосом эпохи, языком народа, интонациями живой человеческой личности» (И. Сельвинский).

Большое значение Ш. придавал художественному осмыслению истории своего народа, его судьбе в пору ломки усто­явшихся канонов и рождения нового общества. Одним из первых кабардинцев Ш. предпринял путешествие в историю адыгов с позиции преобразований современной действительности. Ему первому удалось ввести в национальную словесность образцы высокой профессиональной культуры слова, поднять его на уровень подлинного искусства, придать языку современную гибкость и разнообразие. Ориентированная на глубинные национальные традиции, поэзия Ш. вобрала в себя все лучшее, что было создано устным творчеством кабардинцев. Ш. знал арабский, русский, турецкий, французский языки, а также эсперанто. Читал на этих языках, но предпочтение отдавал русской литературе, считая ее образцовой. А. Пушкин и М. Лермонтов, Н. Некрасов и Л. Толстой, М. Горький и В. Маяковский -это школа художественного мастерства, которая позволила Ш. в полной мере освоить принципы литературного творчества. При этом он никогда не забывал об основополагающем законе подлинной литературы - ее тесной связи с народом, его ис­торией, языком, культурой, традициями и обычаями. Именно потому его творчество глубоко национально.

В октябре 1934 г. Ш. обратился в областной отдел народного образования с просьбой послать его в распоряжение Союза писателей республики. К этому времени Ш. был известен как автор поэм «Мадинэ» (Мадина. 1928), «Щ1ымахуэжэщ» (Зимняя ночь. 1929), «Тембот и дыгъуасэхэр» (Вчерашние дни Тембота. 1933), «Партизан Жамбот» (1934); рассказов «Хьэжыгъэ пут закъуэ» (Пуд муки. 1931), «Кхъужьей щ1агьым» (Под старой грушей. 1933); мно­гочисленных стихов, напечатанных в хрестоматиях; работал над романом в стихах «Къамботрэ Лацэрэ» (Камбот и Ляца).

С первых дней работы в Союзе писателей Ш. уделял пристальное внимание созданию молодых писательских кадров. Руководя литературным кружком студентов пединститута, Ш. выявлял одаренную молодежь. В 1939 г., когда проходила 1 Республиканская олимпиада художественной самодеятельности, был выпущен специальный сборник на 3 языках «Юные голоса», включавший в себя лучшие произведения школьников Кабардино-Балкарии. Составителем и редактором раздела на кабардинском языке был Ш. Под его руководством выросла целая плеяда талантливых поэтов, ставших гордостью кабардинской литературы,- Алим Кешоков, Бетал Куашев, Адам Шогенцуков.

Не замыкаясь в рамках республики, Ш. налаживал тесные связи с писательскими организациями краев и областей Северного Кавказа, принимал участие в I съезде писателей Адыгеи (1936), где встретился с известным адыгейским гегуако Цугом Теучежем, а во время пребывания в Черкесии (1936. октябрь), посетив башню Адиюх (аул Хабез), написал стихотворение «1эдииху» (Адиюх. 1937), которое посвятил своим соплеменникам-черкесам.

Работая по совместительству научным сотрудником Института национальной культуры КБАССР ныне (КБИГИ), Ш. при­нимал деятельное участие в экспедициях по сбору и обработке фольклорных материалов. Прекрасно понимая, что для развития культуры народа необходимо опираться на лучший опыт прошлого, Ш. плодотворно работал с известными сказителями, исполнителями старинных кабардинских песен Кильчуко Сижажевым, Амирханом Хавпачевым, Индрисом Кажаровым. Результатом их творческого сотрудничества стал первый сборник кабардинских песен «Къэбэрдэй уэрэдхэр» (Кабардинские песни. 1938). В стихотворении «Уи кхъащхьэм» (На твоей могиле. 1936), посвященном основоположнику кабардинской литературы Б. Пачеву, Ш. дал клятву открыть тайну «золотого сундука» мудреца из Нартана: «Клянусь тебе ныне: твой клад золотой, / Твой клад для людей я открою / И книгу души твоей, чистой, простой, / Пред нашей отчизной раскрою». В критико-биографической статье «Пащ1э Бэчмырзэ» (Бек-мурза Пачев), опубликованной в газете «Социалистическая Кабардино-Балкария» (1940. 17 ноября), Ш. сообщал, что к 20-ле­тию автономии республики институт выпустит большой сборник стихов и поэм Б. Пачева.

Много труда и сил вложил Ш. в развитие национальной музыки, хореографии, драматургии и театрального искусства. Будучи литературным консультантом Кабардинского хора, он оказал большую помощь руководителю и главному дири­жеру А. М. Покровскому и композитору А. М. Авраамову в обработке и переложении на ноты старинных кабардинских пе­сен, ранее не знавших хоровой формы исполнения. Благодаря Ш. достоянием кабардинского слушателя стали песни и арии из опер русских и советских композиторов: «Песня о Щорсе», «Песня о Чапаеве», «По долинам и по взгорьям», «Сулико», арии из опер Мусоргского и Рубинштейна «Хованщина» и «Демон». Ш. проделал большую работу по созданию и пропаганде профессиональной музыки и песенного народного творчества. Наряду со старинными песнями «Андемиркан», «Мартина», «Кербеч» и др. в репертуаре хора появились лирические песни на слова Ш. «Хамид», «Накулен», «Лина-трактористка» и др. Ш. был автором либретто первой кабардинской оперы, написанной по его драме «Къызбурун» (Кызбурун. 1941) вместе с композитором А. М. Авраамовым. За заслуги в деле создания нацио­нального искусства Ш. первому в истории республики было присвоено звание «Заслуженный деятель искусств КБАССР» (1939. 20 ноября).

Занимаясь проблемами литературы и искусства, Ш. не оставался в стороне от общественно-политической жизни. Как писала газета «Социалистическая Кабардино-Балкария» (1941. 27 февраля), «Шогенцуков - поэт, быстро откликающийся на события не только внутри страны, но и на события международного порядка. Тематика его стихотворений не ограничивается пределами только своей республики и даже пределами нашей страны, -он пишет и об испанских бойцах (Роза Пиренеев. 1936.- М. Ш.), мужественно сражавшихся за свою свободу, за счастье своего на­рода: пишет о народе Абиссинии (Абис-син. 1936.- М. Ш.), ведущем борьбу против своих поработителей».

Приближение Второй мировой войны Ш чувствовал с особой силой, поэтому тема борьбы за мир у него стала главной. К этому периоду относится создание поэмы «Ныбжьыщ1э хахуэ» (Юный герой. 1939) в которой нашли яркое воплощение боевые традиции красных партизан.

Когда началась Великая Отечественная война 1941-1945 гг., Ш. одним из первых откликнулся на это событие гневными стихами «Все беритесь за оружие». Под этим названием вышел сборник стихов поэтов Кабардино-Балкарии осенью 1941 г., когда Ш. уже был на фронте. Эшелон, в котором Ш. ехал на войну, был уничтожен бомбами немецких самолетов. Оставшиеся в живых ополченцы оказались в плену и были брошены в Кременчугский (Украина), а затем в Бобруйский (Белоруссия) концлагеря; в последнем и оборвалась жизнь поэта.

Литературное наследие Ш. невелико по объему: один роман в стихах, 8 поэм, 2 рассказа, 11 стихотворений, 20 публицистических статей, 9 произведений, переведенных с русского на кабардинский язык (данные по изданию: Шоджэнц1ык1у Алий. Тхыгьэхэр (Али Шогенцуков. Сочинения. Налшык, 1990).

Ш.- поэт-новатор кабардинского стиха, основой которого стало новое стихосложение, созданное им в результате освоения народной поэзии и идейно-художественных традиций русской и советской классической литературы. Ш. произвел коренные преобразования, переведя тонический стих в силлаботоническую систему, обогатившую его ритмическое и интонационное звучание. Отбирая и творчески развивая все ценное, образное в кабардинском языке, Ш. существенно обогатил его, наметил пути дальнейшего развития и заложил прочные основы кабардинского литературного языка. Сохранив связь с устным народным творчеством и опираясь на опыт и традиции прошлого, он способствовал росту кабардинской национальной литературы.

Для произведений Ш. характерны эпический размах в сочетании с проникновенным лиризмом, красочность деталей, богатство ритмики, творческое использование лексических средств, правдивое воспроизведение действительности. Творчество Ш. проникнуто пафосом любви к человеку-труженику. Созданные на основе глубокого знания истории своего народа, его произведения имеют большую художественную и идейную ценность. В своих ранних стихах, близких к народной поэтике, Ш. не только широко использует лексику кабардинского языка, традиционные фразеологические сочетания, обороты, эпитеты и сравнения, но и создает авторские образы и афоризмы.

Творчество Ш. расцветает в 30-е гг.: расширяется тематика, повышается поэтическое мастерство. В этот период поэт уделяет большое внимание теме коллективизации. Одним из первых в кабардинской поэзии Ш. правдиво запечатлел исторический процесс, происходивший в те годы в Кабардино-Балкарии: «Бэвыгьэм» (К изобилию. 1932), «Колхоз хьэсэ» (Колхозная полоса. 1934), «Вак1уэ» (Пахарь. 1934). Черты нового поэт видит не только на полях и нивах родного края. Примечательным явлением в кабардинской поэзии 30-х гг. стали стихи Ш. «Линэ трактористкэщ» (Лина-трактористка. 1931), «Сэтэней» (Сатаней. 1935), «Сэтэнэй дахэ» (Красавица Сатаней. 1935), в которых он обрисовал об­разы представительниц новой, социалистической формации. В эти годы в творчестве поэта большое место занимает пейзажная лирика «Парк» (1931); «Гъатхэ» (Весна. 1935); «1уащхьэмахуэ» (Эльбрус. 1935), а также тема культурной революции и просвещения народа: «Еджап1эщ1э» (Новая школа. 1931), «Си махуит! гъащ1э» (Два дня моей жизни. 1933). Ш. пишет острые сатирические стихи, в которых изобличает пороки руководителей, облеченных властью и злоупотребляющих ею. Примечательная черта его сатиры - наличие в ней разнообразных оттенков -оттонкой иронии до разящего гротеска. Персонажи, ярко высвеченные поэтом, стали нарицательными и прочно вошли в кабардинский язык: «Къербэч и пщэдейхэр» (Завтра Каирбека. 1932), «1укП» (Уйди! 1934); «Юэрахъуэ-шхуэ» (Большой пистолет. 1935). Сатира Ш. имела не только воспитательное значение, но и способствовала совершенствованию его поэтического мастерства. Он научился четко типизировать, обобщать, глубоко и метко характеризовать своих героев.

В 30-е гг. Ш. написаны рассказы «Хьэ-жыгъэ пут закъуэ» (Пуд муки. 1931) и «Кхъужьей щ1агъым» (Под старой грушей. 1933). Непреходящее их значение в том, что именно с них началось становление кабардинской прозы как жанра литературы. Проза Ш., как и его поэзия, пронизана глубокой любовью к человеку труда. Фабула рассказов проста, но в них «волнующе звучит характерная для нашего классика глубокая и чистая лирическая нота, словно какая-то нежная песня без слов согревает своей душевной мелодичностью все строки» (М. Киреев. Рассказы поэта. ЛХА «Кабарда». 1950. Кн. 3. С. 38). Самым значительным не только в творчестве Ш., но и в адыгской поэзии является роман в стихах «Къамботрэ Лацэрэ» (Кам-бот и Ляца), над которым поэт работал в течение 1934-1936 гг. Недосягаемый в искусстве эпического повествования в стихах, Ш. этим романом создал литературный памятник адыгам, который по праву вошел в мировую сокровищницу поэтического творчества.

«Камбот и Ляца» - роман с широким историческим фоном, развернутой фабулой, многочисленными героями, сложным переплетением событий, острым накалом социальных взаимоотношений. В нем Ш. «легко и естественно, с покоряющей логикой большого художника развивает сложное действие своего повествования. Поэма его - неразрывная цепь драматических конфликтов, где каждое новое звено, крепко спаянное с предыдущим и последу­ющим, влечет за собой новые события, думы, чувства, новый поворот в судьбах героев. Напряженность, трагическая насыщенность и поистине кинематографическая стремительность сюжета, высокий лиризм в сочетании с живостью и простотой изобразительных средств, народностью языка и образов поражают и захватывают с первой до последней сцены» (Н. Капиева. Три поэмы Али Шогенцукова // ССОКЛ. Нальчик, 1957. С. 202). " Ш. создал целую галерею женских образов, ставших символом красоты и величия горской женщины. Одетые в чистые романтические формы, они, и сегодня не утратили своего обаяния и жизненной правды. Их судьба - эмоциональная доминанта творчества поэта. Пленительными красками сияющей юности выписан образ простой крестьянской девушки Мадины из лиро-эпической поэмы «Мадина» (1928). Воплощением материнской любви и жертвенности выступает молодая вдова из поэмы «Щ1ымахуэжэщ» (Зимняя ночь. 1929). Красотой и обаянием исполнен образ Ляцы из романа «Камбот и Ляца». Образцом супружеской верности выступает Лалух из поэмы «Партизан Жамбот» (1934). Полна очарования княжеская дочь Данах из драмы «Къызбрун» (1941). Хотя все они представительницы разных сословий, судьба их одинаково трагична. Через образы своих героинь Ш. не только обобщил, но и выразил свою мысль о том, что судьба горской женщины в эпоху классового неравенства, социальной несправедливости и засилья шариатских законов во всем за­висела от диктата и произвола мужчины. Выписанные с исключительной задушевностью, героини Ш. привлекают цель­ностью характеров, высокой чистотой морального облика. По своему идейно-художественному значению они по праву занимают достойное место в галерее образов певцов женской судьбы К. Хетагурова (Фатима) Т. Шевченко (Марьяна-черница, Гайдамаки), Н. Островского (Гроза), М. Горького (Мать) и др.

•     Соч.: Мадина: Стихи и поэмы. Нальчик, 1935; Стиххэмрэ поэмэхэмрэ (Стихи и поэмы). Налшык, 1938; Рассказ старого Булата // СКБ. 1939. 28 окт.; Хьэжыгъэ пут закъуэ (Пуд муки): Рассказ. Налшык, 1940; Ныбжьыщ1э хахуэ (Юный герой): Поэма. Налшык, 1940; Пиренейская роза // СКБ. 1940. 12 марта; Стиххэмрэ поэмэхэмрэ (Стихи и поэмы). Налшык, 1941; Юный герой: Поэма. Майкоп, 1941; Тхыгъэ нэхъыф!хэр (Избранное). Налшык, 1948; Къамботрэ Лацэрэ (Камбот и Ляца). Роман //ЛХА «Кабарда». 1948. Кн.2. С. 63-74; Хьэжыгъэ пут закъуэ (Пуд муки): Рассказ //ЛХА «Кабарда». Нальчик, 1948. Кн.  1. С. 36-
41; Поэмы. М., 1949; Поэмы и стихотворения. М., 1950; Моя Родина. Поэма //ЛХА
«Кабарда». Нальчик, 1950. Кн. 3. С. 12-28;  Юный герой: Поэма. Нальчик, 1953; Моим современникам: Стихи и поэмы. Нальчик, 1957; Тхыгъэхэр тхылъит!у поэмы. Налшык, 1957; Избранное. М., 1957; Тхыгъэхэр тхылъит1у (Сочинения в 2 томах). Налшык, 1961; Камбот и Ляца: Роман в стихах. Нальчик, 1968; Избранное. Нальчик, 1975; Мадина. Нальчик, 1976; Камбот и Ляца: Роман в стихах. Нальчик, 1980; Тхыгъэхэр (Сочинения). Нальчик, 1990; Стихотворения. Поэма. Роман в стихах. Нальчик, 2000; Тхыгъэхэр (Сочинения). Нальчик, 2000.

Источник: Институт Гуманитарных исследований Правительства КБР и КБНЦ РАН. Нальчик. Издательский центр "Эльфа". 2003 г.

© «Кабардино-Балкария online»