Процесс по делу о нападении на Нальчик столкнулся с дефицитом объективных "заседателей".

 

В столице Кабардино-Балкарии на скамье подсудимых 58 мятежников, пытавшихся в октябре 2005 года захватить власть в городе. Их судьбу должны решать 12 присяжных с 25 запасными наготове. Обвинять будут девять прокуроров, а защищать - 37 адвокатов. Но к рассмотрению дела по существу не удается приступить уже третий месяц. Удастся ли вообще когда-нибудь?

Напомним, что произошло здесь почти три года назад. Утром 13 октября на улицах курортного города появились 250 вооруженных молодых людей. Они одновременно атаковали 14 объектов: здания отделов милиции, УФСБ, воинской части, оружейных магазинов. Такой масштабной вылазки боевиков не знал до этого ни один регион России, за исключением Чечни периода разгула сепаратизма. Позднее следствие придет к выводу: нападение на помещения силовиков было первым актом трагедии, задуманной одноногим режиссером-террористом Шамилем Басаевым, который притаился в лесу под Нальчиком. Захватив оружейные комнаты, отряды Кабардино-Балкарского джамаата намеревались при поддержке ожидавшего резерва атаковать санатории, банки, телецентр и другие объекты.

Ребус для домохозяйки

Но отыграть сценарий до конца и превратить Нальчик в столицу северокавказского халифата боевикам не удалось. Местные жители вовремя сообщили в милицию о концентрации бандитов в пригороде, что лишило мятежников главного преимущества - внезапности. Силовики встретили их во всеоружии. За два дня боев на улицах города осталось 95 бандитских трупов. Еще почти 70 бандитов арестовали. Некоторых, включая прытких главарей, объявили в розыск. Понесли потери и защитники города. Погибли 35 сотрудников правоохранительных органов и 12 мирных жителей.

И вот теперь для захваченных боевиков настал час расплаты. На скамье подсудимых 58 человек, каждому из которых вменяется больше десятка тяжких статей УК РФ, включая вооруженный мятеж, терроризм, бандитизм, участие в преступном сообществе, убийство и другие. Еще 13 амнистированы и отпущены на свободу. Один из обвиняемых, Валерий Болов, умер от цирроза печени. Две трети подсудимых вверили свою судьбу коллегии присяжных.

В том, что этот процесс ляжет на плечи простого народа, не было сомнений с момента ареста боевиков. Закон таков, что достаточно одному обвиняемому выбрать суд присяжных - и все подельники предстанут перед лицом коллегии. Но чтобы сразу 38 подсудимых проголосовали за относительно новую для республики процедуру - не странно ли?

- На этом процессе защищаю четверых обвиняемых, - говорит адвокат Татьяна Псомиади. - Не скрывала от них, что лично я предпочла бы трех федеральных судей. Когда подсудимым вменяется половина уголовного кодекса, даже юристу разобраться сложно. А чего ждать от домохозяйки, пенсионера, инженера? Как они будут отвечать, к примеру, на вопрос: "Считаете ли вы, что нападавшие стреляли с целью убить?" Но один из моих подопечных все же настоял на присяжных. Побоялся давления государства на судей.

Республика обвинителей и адвокатов

По делу проходят сотни пострадавших, тысячи свидетелей. Масштаб события таков, что маленькая республика словно вся поделилась на осуждающих и оправдывающих.

- Люди настроены против милиции, - убеждает меня Фатима Текаева, мать бывшего узника Гуантанамо Расула Кудаева, который теперь обвиняется и в нападении на Нальчик. - Дело развалится. Судить надо верхушку нашего МВД и прокуратуры, а не доведенных до отчаяния парней. Их преследовали за нетрадиционную веру.

Для любой матери сын - невинный ягненок. Но что характерно: для представителей радикального ислама в любом регионе, будь то Дагестан, Ингушетия или Ставрополье, самые заклятые враги - стражи порядка. На людей в погонах радикалы повсюду ведут охоту. А в Нальчике сторонники обвиняемых очень активно обрабатывают население.

- Подходит ко мне на улице незнакомая женщина и начинает плакаться, что ее сына-боевика ликвидировали во время той октябрьской вылазки, - рассказывает проживающий в Нальчике Вадим Рахаев, член правления ассоциации ветеранов боевых действий органов внутренних дел и внутренних войск России. - Я ответил, что по-человечески понимаю ее. Но следом задал свои вопросы. А в чем провинились сотрудники милиции, погибшие от рук нападавших? И в чем вина их шестидесяти детей, которые остались без родителей? Женщина тут же развернулась и ушла.

В такой непростой атмосфере почти три месяца назад Верховный суд Кабардино-Балкарии объявил о формировании коллегии присяжных. Этот институт гражданского общества действует в республике всего лишь несколько лет. Отобрать заседателей, особенно перед летними процессами, когда у людей на уме отпуска, огороды, выпускные и вступительные экзамены детей, всегда сложно. А тут судья Мухаммед Ташуев заявил, что процесс затянется ориентировочно на два года и поэтому помимо традиционных 12 основных потребуются 25 запасных присяжных.

Поиск тайных агентов

Официальной информации о затянувшемся формировании коллегии, которое проходит в закрытом для прессы режиме, нет.

- По закону никаких комментариев, пока коллегия не отобрана, - категоричен зампред Верховного суда республики Заур Кодзоков.

Тем не менее нам удалось узнать, что по результатам случайной выборки письма с приглашением участвовать в процессе получили 400 кандидатов. Но явились лишь около 150.

- Половина из пришедших сразу же заявили самоотвод, поскольку приходятся родственниками обвиняемым или потерпевшим, - сообщил источник "Известий" на процессе. - Многие отказались, заявив, что в клетке они увидели своих соседей. Или, наоборот, что сосед служит в милиции. А у нас на Кавказе, как известно, сосед ближе родственника. Некоторые же просто не явились на следующее заседание, а значит - их автоматически вычеркнули.

В результате претендентов осталось лишь 38, хотя формирование не закончено. Своим правом отводов - как мотивированных, так и немотивированных - пока не воспользовались ни защита, ни обвинение.

- Ситуация критическая, - считает источник. - Сейчас обе стороны на процессе считают стойких кандидатов "тайными агентами" противоположной стороны. И стараются вычислить их, доканывая расспросами. Ведь в небольшой республике все друг другу либо родичи, либо соседи. Словом, впереди череда новых неизбежных потерь, после чего скамья присяжных может окончательно опустеть.

Подобный казус предрекал еще бывший замгенпрокурора России Николай Шепель в интервью нашей газете сразу по завершении расследования дела о нападения на Нальчик ("Известия" за 28.04.2006). "В Кабардино-Балкарии, как показали результаты социсследований, 80% жителей приходятся родственниками друг другу, - заявил он. - В этих условиях сформировать объективную скамью присяжных почти невозможно".

Рецепты от родства и соседства

Обеспокоенные адвокаты ищут выход из тупика. Большинство из них назначены государством, следовательно, теряют в заработке, отвлекаясь на невыгодный "приоритетный" суд, обещающий к тому же стать неслыханно затяжным.

- Я на грани выхода из этого процесса, хотя мне по-человечески жаль своих подзащитных, с которыми работаю еще со стадии следствия, - признается Татьяна Псомиади. - Меня не отпускают в другие суды, поскольку этот - главный. Начались конфликты с клиентами, с которыми меня связывают договорные отношения.

Защитники в качестве варианта предлагают перенести рассмотрение необычного дела в ближайший субъект Южного федерального округа, дабы уйти от родства и соседства. Но куда именно? По этому поводу тоже жаркие споры.

- Если в Ставропольский край, то там присяжные наверняка сочтут моего подзащитного виновным, - считает адвокат, попросивший не называть своего имени в газете, - а если в Ингушетию, то, скорее всего, назовут невиновным.

- Для дел, в которых есть статья о терроризме, целесообразнее сформировать северокавказскую коллегию присяжных, состоящую из представителей разных регионов, - пытается найти компромисс Татьяна Псомиади. - Тогда у нее будут и авторитет, и независимость.

В чем едины потерпевшая и обвиняемая стороны, так это в необходимости найти в ходе начавшегося суда ответ на главный вопрос: почему в октябре 2005-го произошла эта трагедия?

- Надо разобраться в причинах массового выступления молодежи, - замечает Псомиади. - А государству скорректировать политику на Северном Кавказе.

- Есть надежда, что и нас поймут, - считает Фатима Текаева. - Не животные же мы безмозглые. Жить хотим. И я мечтаю внуков понянчить.

 

(с) Газета "Известия"